Основные правила чань-буддизма – что нужно знать практикующему

Буддизм чань (дзэн)

Возникло это течение в форме эзотерической секты. Название “чань” произошло от санскритского “дхиана” (сосредоточение, медитация).

Древнее буддийское направление – школа дхиана – призывала своих последователей чаще отрешаться от внешнего мира и, следуя древнеиндийским традициям, погружаться в себя, концентрировать свои мысли и чувства на чем-либо одном, сосредоточиваться и уходить в бескрайние глубины сущего и таинственного.

Целью дхианы было достижение транса в процессе медитации, ибо считалось, что именно в состоянии транса человек может дойти до затаенных глубин и найти прозрение, истину, как это случилось с самим Гаутамой Шакьямуни под деревом Бо.

Сутры дхианы были переведены на китайский язык еще Дао-анем. Впоследствии они стали широко известны в китайских буддийских монастырях. Легенда повествует, что чань-буддизм возник в Китае после того, как туда переселился из Индии в начале VI в. знаменитый патриарх индийского буддизма Бодхидхарма.

На вопрос принявшего его известного покровителя буддизма императора У-ди из династии Лян, как будут оценены его заслуги (строительство монастырей и храмов, копирование сутр, предоставление буддистам льгот и пожертвований), Бодхидхарма будто бы ответил, что все эти деяния ничего не стоят, все суть прах и суета.

После этого патриарх покинул разочаровавшегося в нем У-ди , удалился с группой последователей и положил начало новой секте – чань.

Это легендарное предание обычно подвергают сомнению, считая, что ранний этап истории секты теряется в веках, тогда как подлинная и документированн ая ее и стория начиналась с VII в., когда после смерти пятого патриарха, имевшего свыше 500 последователей, секта распалась на северную и южную ветви.

Звание шестого патриарха стали оспаривать двое – Шэнь-сю, бывший сторонником традиционной точки зрения, согласно которой просветление – это закономерный результат длительных усилий и напряженных раздумий в процессе медитации, и Хуэй-нэн, противопоставивший этому каноническому тезису идею о внезапном озарении в результате интуитивного толчка. Вскоре более каноническая северная ветвь пришла в упадок и практически заглохла, а идеи Хуэй-нэна, нашедшие отражение в известной “Сутре шестого патриарха”, стали основой для последующего развития-секты вее китайском (чань) и японском (дзэн) вариантах.

Чань буддизм был плотью от плоти Китая, так что многие авторитетные специалисты считают его китайской реакцией на индийский буддизм. Действительно, учению чань были присущи трезвость и рационализм китайцев, которые оказались напластованы на глубочайшую мистику индо-буддизма. Начать с того, что чань-буддизм низвергал все канонические буддийские ценности.

Не следует стремиться к туманной нирване, учил он, едва ли там, да и вообще в будущем кого-нибудь ожидает что-либо заманчивое.

Стоит ли ограничивать себя всегда и во всем во имя неопределенной перспективы стать буддой или бодисатвой? Да и зачем все это, для чего?! Надо обратить свои взоры к жизни, научиться жить, причем жить именно сейчас, сегодня, пока ты жив, пока ты можешь взять от жизни то, что в ней есть.

Казалось бы, это рационалистический эгоизм, гедонизм, вообще не имеющий отношения к религиозной мысли и к этическим идеалам. Но нет! Здесь не идет речь о чувственных наслаждениях, которые, кстати, отвергаются и буддизмом, и конфуцианством. Чань-буддизм звал к иному.

Как бы воскресив в китайской мысли идеи раннего философского даосизма и многократно обогатив эти идеи за счет неисчерпаемых глубин индийской мистики, он призывал своих последователей не стремиться вперед, не искать Истину и не пытаться достичь нирваны или стать Буддой. Все это прах и суета.

Главное в том, что Истина и Будда всегда с тобой, они – вокруг тебя, надо только уметь их найти, увидеть, узнать и понять.

Истина и Будда вокруг и во всем – в пении птиц, в нежном шелесте листвы, в дивной красоте горных хребтов, в умиротворенной тиши озера, в сказочной строгости природы, в разумной сдержанности церемониала, в очищающей и просветляющей силе медитации, наконец, в радости труда, в скромном величии простой физической работы. Кто не видит Будды и Истины во всем этом, тот не сможет найти их ни на небе, ни в раю, ни сегодня, ни в отдаленном будущем. Словом, нужно уметь жить, познавать жизнь, радоваться ей, воспринимать ее во всем ее богатстве, многообразии и красоте.

Чань-буддизм ставил в центр своего внимания свободного от обязанностей и привязанностей человека, готового отрешиться от мирских забот и посвятить всего себя умению и искусству жить, но жить только для себя (в этом индийская традиция в чань-буддизме решительно восторжествовала над китайской).

Познать истины чань-буддизма и принять его принципы было непросто, для этого требовалась специальная длительная подготовка. Подготовка и посвящение обычно начинались с парадоксов. Первым из них было решительное отрицание знаний, особенно книжных, канонических.

Одна из основных доктрин чань гласила, что основанный на писаных догмах интеллектуальный анализ не проникает в сущность явления и не способствует успеху в постижении Истины.

Зачем напрягать ум и тем более загружать его книжной мудростью, когда можно дать полный простор интуиции и самовыражению и полностью отринуть каноны и авторитеты?! Именно так следует понимать ставший хрестоматийным завет известного мастера чань-буддизма И-сюаня (IX в.):

“Убивайте всех, кто стоит на вашем пути! Если вы встретите Будду – убивайте Будду, если встретите патриарха – убивайте патриарха!” Иными словами, ничто не свято перед лицом великого сосредоточения индивида и внезапного его озарения и просветления, постижения им Истины.

Как постичь Истину? Этот вечный вопрос мыслителей чань-буддизм решал до удивления просто и парадоксально. Истина есть озарение. Оно нисходит на тебя внезапно, как интуитивный толчок, как внутреннее просветление, как нечто, что нельзя выразить словами и образами.

К постижению и принятию этого озарения нужно готовиться. Однако и подготовленный человек не гарантирован, что постигнет Истину. Он должен терпеливо ждать своего часа.

Еще вчера, еще минуту назад он мучительно размышлял и терзался, стремясь постичь непостижимое, но вдруг его посетило нечто – и он сразу все понял, постиг Истину.

В практике чан ь- и дзэн-буддизма обычно использовали различные методы искусственного стимулирования внезапного прозрения – резкие окрики, толчки, даже удары, которые неожиданно обрушивались на погруженного в транс и задумавшегося, ушедшего в себя человека. Считалось, что в этот момент человек должен особенно остро среагировать на внешнее раздражение и что именно в этот момент он может получить интуитивный толчок, на него можетснизойти озарение, просветление.

В качестве средства стимулирования мысли, поиска, напряженной работы мозга чань-буддизм широко использовал практику загадок (гунъань, яп. коан). Постичь смысл коана посредством логического анализа невозможно.

Вот пример: “Удар двумя руками – хлопок, а что такое хлопок одной ладонью?” Между тем абсурдность и нелепость таких коанов для чань-буддистов были лишь кажущимися, чисто внешними.

За этим внешним следовало искать глубокий внутренний смысл, находить наиболее удачный, нередко парадоксальный ответ, на что у начинающих подчас уходили долгие годы, на протяжении которых оттачивалось мастерство ученика. Готовясь к посвящению в мастера, он должен был уметь быстро раскрывать сложные логические хитросплетения.

Еще одним важным и парадоксальным методом поиска Истины и подготовки посвященного к озарению, к интуитивному толчку были диалоги-вэньда (яп. мон-до) между мастером и его учеником.

В процессе этого диалога, когда обе стороны обменивались друг с другом лишь краткими репликами, зачастую внешне почти лишенными смысла, значение имели не столько сами слова, сколько общий контекст, даже внутренний подтекст диалога.

Мастер и ученик вначале как бы настраивались с помощью случайных взаимных сигналов на общую волну, а затем, задав друг другу тон и код беседы, они начинали диалог. Цель его – вызвать в сознании настроенного на волну мастера ученика определенные ассоциации, резонанс, что в свою очередь служило подготовке ученика к восприятию интуитивного толчка, озарения, просветления.

Чань-буддизм оказал огромное влияние на развитие китайской, японской и всей дальневосточной культуры. Многие выдающиеся мастера литературы и искусства были воспитаны на парадоксах, коанах и идеях этой секты.

Однако при всем своем огромном значении в жизни Китая чань-буддизм всегда оставался сравнительно малочисленной эзотерической сектой, располагавшей лишь несколькими известными центрами-монастырями.

Более того, с течением времени китайский чань-буддизм понемногу терял свою первоначальную оригинальность и экстравагантность.

Подчиняясь общему стилю монашеской жизни, буддийские монастыри-школы чань в позднесредневековом Китае ужесточили дисциплинарные нормы и стремились более строго регламентировать образ жизни чаньских монахов, что в конечном счете заметно сближало чань с иными функционировавшими в Китае сектами-школами буддизма.

Источник: http://www.avatargroup.ru/Probuzhdenie/Mirovie_Ucheniya_i_Religii/Buddizm/Kitajskij_Buddizm/Buddizm_chanj_(dzen).aspx

Книга: Чань-Буддизм

Чань-Буддизм

(часть 1)

В 520 г. (называют разные даты этого события –

486, 526, 527 г.) в Китай приходит 28-й патриарх

буддизма Бодхидхарма, чье имя дословно означало

Учение о просветлении. По-китайски его имя тран-

скрибировалось как Путидамо или просто Дамо. Он

пришел из Южной Индии, предположительно из Мадра-

са. Легенды рассказывают, что Дамо был сыном бога-

того индийского принца, однако оставил светские

дела и посвятил себя колесу дхармы – буддийскому

учению. Что же привело буддийского патриарха в Ки-

тай? По его мнению, буддизм в Китае понимается

неправильно, его суть подвергается искажениям,

внутреннее понимание подменяется чисто механичес-

ким ритуалом.

Искренность как высшее выражение внутреннего

ритуала, чистота сердца были для Дамо критериями

заслуг и добродетели. Деяние (вэй) как активное

человеческое вмешательство в естественность внут-

реннего посыла и внутренней природы человека про-

тивопоставлялись недеянию (увэй) – следовательно

естественно-спонтанному ходу событий. Как говори-

лось в чань-буддизме, основателем которого и счи-

тается Дамо, “позволить вещам проявляться в их та-

ковости”.

Дамо учил: “Умиротвори свое сердце (душу) в не-

деянии, и тогда внешняя форма естественно после-

дует за этим в своих проявлениях”. А один из пат-

риархов Чань Хуэйнэн (638-713 гг.) продолжил эту

мысль : “Следуй истинности своего сердца, а не

внешним проявлениям дхарм”.

Однако Дамо не был понят в парадоксальности и

непривычноси своего учения. Он удалился от двора

императора Ляо, посетил соседнее государство Вэй.

В городе Лояне, столице Вэй, его восхищение вызва-

ла пагода монастыря Юннинсы (Вечного покоя). Пос-

ле этого Дамо удалился в монастырь Шаолиньсы – не-

большую обитель, построенную недалеко от Лояна в

провинции Хэнань на горе Суншань в уезде Дэнфэн.

Монахи истощали себя долгим чтением сутр, уходя

тем самым все дальше и дальше от истинного прос-

ветления. Прозрение собственной природы в ее ис-

тинности омрачалось начетничеством, верой в чужие

слова, а не в веления собственного сердца.

Дамо объявил, что цель буддизма – прозреть сер-

дце Будды, то есть реализовать Будду внутри себя.

Таким образом, каждый в потенции является Буддой,

нужно лишь разбудить его. Стать Буддой можно было

“здесь и сейчас” в акте непосредственного восприя-

тия истины, свободно и полно входящей в незамут-

ненный разум буддиста. Истина передается вне слов

в письменных наставлениях, а как светильник, пере-

ходящий от учителя к ученику.

Монахи не поняли наставлений Бодхидхармы, и тот

удалился в пещеру, расположенную недалеко от мо-

настыря, где он, обратившись лицом к стене, про-

вел в позе сидячего созерцания (цзочань) почти де-

вять лет (по некоторым хроникам – десять). Пат-

риарх погрузился в состояние глубокой медитации,

но, как гласит легенда, лишь однажды он заснул.

Проснувшись, Дамо в гневе вырвал себе ресницы и

бросил их на землю. Из них выросли кусты ароматно-

го чая, который пьют буддисты в период долгой ме-

дитации, взбодряя сознание.

Через девять лет созерцания стены монахи про-

Читайте также:  Устройство монгольской юрты - как выглядит гэр внутри и снаружи

никлись уважением к силе духа Дамо и того учения,

которое он проповедовал. Но лишь двух людей согла-

сился взять суровый патриарх в ученики – монахов

Даоюя и Хуэйкэ, которым он передавал истину в те-

чение пяти лет. По легенде, Хуэйкэ, который стал

преемником первого патриарха, отрубил себе руку и

положил ее перед Дамо, демонстрируя чистоту своих

помыслов и решимость постигать учение чань.

Учение “чань” – одно из течений буддизма, широ-

ко использующее идеи и методы индийской йоги и ки-

тайского даосизма.

Духовное учение, проповедуемое Дамо, выража-

лось кратким требованием: два вхождения и четыре

действия. Два вхождения – это достижение просвет-

ления путем духовного внутреннего развития и со-

зерцания (духовное вхождение) и путем совершения

практических действий (вхождение через действие).

Таким образом, постулировалась неразрывная связь

внешнего и внутреннего, формы и глубинного образа,

физического и психического, явления и его символа.

Духовное вступление в состояние просветления соз-

нания, которое не могут затронуть и загрязнить

мирские дела, в основном базировалось на сидячей

медитации, традиционно выполняемой лицом к стене,

как это делал Бодхидхарма. Как говорили чань-буд-

дисты, “нынешнее состояние человека ложно, истин-

но лишь возвращение к собственной природе”.

В соответствии с данным учением, самым главным

занятием для адептов боевых искусств является

внутренняя работа над собой. Она ведет к достиже-

нию “пустого сердца”, то есть такого состояния ду-

ха, которое свободно от всего житейского, запол-

няющего обычно человеческое сознание. Это не отри-

цание реальной жизни. Отвергается только отождес-

твление жизненно важного (основ бытия) с житей-

ской суетой, высших проявлений духа с повседнев-

ной мелочевкой. Разум человека вечно пребывает в

суете мирских дел, мечется в условностях и грани-

цах, им же самим и определенных, не понимая порой

их противоестественности. Нужно лишь немногое –

узреть за обыденностью и монотонностью жизни Вели-

кий Символ, познав глубину всех внешних форм,

преодолеть ее. Тогда все вещи воспринимаются в

единстве, а человек преодолевает ту невидимо тон-

кую, но чрезвычайно плотную завесу, мешающую ему

слиться с природной естественностью и обрести

“спонтанность самопроявлений духа”.

Освобождение от повседневной суеты, от всего,

чем вдохновляется большинство людей, ведет к тому,

что “чань” называет “великой пустотой” – к абсо-

лютной духовной свободе. А эта свобода дает воз-

можность познать истинную сущность и смысл челове-

ческой жизни, скрытые обычно иллюзиями мышления.

Интеллектуально “великая пустота” оказывается но-

вым видением мира; эмоционально – успокоением ду-

ха, его безмятежностью, в волевом отношениинезави-

симостью от окружающих людей и обстоятельств.

Иными словами, адекватное постижение глубинной

сути боевых искусств (того, что скрывается за тех-

никой, за движениями) требует изучения идей Будды

и перестройки психических структур личности мето-

дами “чань” в соответствии с этими идеями. Речь

идет о “четырех благородных истинах”, открытых

Буддой две с половиной тысячи лет назад. Первая

истина гласит: “Существует страдание, которое но-

сит всеобщий характер”. Вторая уточняет: “Причина

страданий людей – в их желаниях”. Иными словами,

под страданием Будда понимал стресс, психическое

напряжение, в оснсве которого лежит чувство стра-

ха, неразрывно связанного с надеждой (ведь стресс

это не то, что происходит с человеком, а то, как

он реагирует на происходящее. Человек, утративший

всякую надежду, вместе с ней теряет и страх).

Страдания (сплав страхов и надежд) проистекают из

различных “хотений”, которыми всегда и везде охва-

чен человек. Желать чего-то, малого или большого –

не имеет значения, стремиться к получению желаемо-

го, бояться, что не получишь его либо потеряешь, и

надеяться в то же время на благополучный исход –

это и есть постоянное волнение, беспокойство, нап-

ряжение, то есть страдание.

Третья истина Будды утверждает: “Освобождение

от страданий заключается в уничтожении желаний”.

Четвертая конкретизирует: “Путь к освобождению от

страданий – это восьмиричный “серединный путь”,

равно избегающий крайностей аскетизма и чувствен-

ных удовольствий”. Он складывается из правильного

понимания, правильного размышления, правильных

высказываний, правильных поступков, правильного

образа жизни, правильных усилий, правильных стрем-

лений и, наконец, правильного сосредоточения духа

– созерцания. Старое восточное стихотворение гово-

рит об этом пути так:

Человек подвержен рождению,

Старости, болезни и смерти.

Поэтому он не свободен. Эти

Четыре погонщика палками определяют

Его путь.

Если ты молишься,

Или совершаешь обряды,

Чтобы освободиться –

Ты глупец.

Хочешь погрузиться в Нирвану?

Тогда созерцай

Глубины своего духа…

Жизнь человека – как молния.

Мелькнула – и нет ее.

Самые зеленые деревья

Тоже когда-то засохнут.

Если достигнешь просветления созерцанием,

Навсегда станешь спокойным.

Ты поймешь, что вечное и преходящее,

Расцветающее и увядающее,

Хорошее и плохое –

Всего лишь иллюзии

твоего сознания…

В отличие от европейских мыслителей, на разные

лады призывавших изменять окружающие условия для

того, чтобы стать счастливыми, Будда отрицал зави-

симость состоянмя духа от состояния внешнего мира.

Он считал, что надо изменять не мир, а себя. Все

мы знаем, что “богатые тоже плачут”, что можно

иметь полный набор материальных благ, и все равно

страдать. А ведь секрет счастья очень прост: надо

научиться правильно понимать жизнь, правильно ощу-

щать ее ритм, строить свое поведение в соответ-

ствии с этим ритмом, ежедневно погружаться в без-

донные глубины своего подсознания. Иными словами,

Будда призывал людей быть счастливыми “здесь и

сейчас”, а не “потом”, в результате каких-то внеш-

них событий.

Вхождение через действие, предписанное первоу-

чителем, предусматривает четыре вида поступков –

воздеяние за зло, отсутствие мирских стремлений,

служение дхарме (то есть буддийскому учению), сле-

дование судьбе. Последний вид поступков позволяет

исчерпать жизнь во всей ее полноте, так как чело-

век не мечется в поисках выхода из собственного

предопределения, но рассматривает свою жизнь как

реализацию универсального пути и закона всех ве-

щей – дао.

На уровне практических действий, позволяющих

достигать устойчивых изменений психических состоя-

ний личности, в буддизме возник ряд напрявлений.

“Чань” является одним мз них. Его практика вклю-

чает в себя медитацию, работу с энергией, воздей-

ствие на внутренние органы тела и происходящие в

нем физиологические процессы. В совокупности, эти

три группы методов называются “внутренней работой”.

Задача медитативных методов в том, чтобы пос-

редством направления ума, чувств и воли на внеш-

ние или внутренние объекты отрабатывать вход, пре-

бывание и выход по отношению к определенным прос-

транственно-временным ситуациям, как реальным, так

и воображаемым. При этом первой ступенью медита-

ции (созерцания) является выполнение упражнений

(или действий), связанных с концентрацией внима-

ния на дыхании, движении, работе сердца, удержа-

ния равновесия, циркуляции энергии, каком-либо

предмете или его отдельном качестве. Уже на дан-

ной ступени адепт начинает “слышать” слабые сигна-

лы, исходящие из внешнего и внутреннего мира. Та-

ким образом, ключевым постулатом духовного вхожде-

ния стало успокоение духа и очищение сознания пу-

тем регуляции собственного дыхания.

Вторая ступень позволяет человеку обретать сос-

тояние “не-ум”, благодаря чему он как бы раство-

ряет свое “Я” в природных стихиях. Утратив ощуще-

ние собственной личности, он воспринимает себя

частицей великого целого – всего Бытия. Его созна-

ние полностью освобождается от всякого беспокой-

ства, и он реализует принцип “единого тела”, т. е.

начинает ощущать “голоса”, идущие изнутри окружаю-

щих его существ: людей, животных, растений. Имен-

но поэтому мастер боевых искусств не просто чув-

ствует любое движение противника, но и заранее

предвосхищает все его замыслы. Ведь он связан с

ним этим “единым телом”!

Дыхательно-энергетические упражнения направле-

ны на овладение жизненной энергией “ци” и разви-

тие внутренней силы. Эта группа методов дает воз-

можность научиться проводить “ци” по трем середин-

ным и двенадцати парным каналам, накапливать ее в

особом центре, находящемся внутри живота. Умеющий

управлять “ци” может в нужный момент как бы выбра-

сывать ее в противника через ударную конечность,

или защищаться ею от его ударов. Работа с энер-

гией позволяет резко усиливать собственные боевые

возможности, повышает способность переносить лю-

бые экстремальные воздействия без ущерба для здо-

ровья, а также способствует достижению безмятеж-

ности духа.

Система воздействия на внутренние органы тела и

происходящие в нем физиологические процессы вклю-

чает в себя позы, близкие позам индийской йоги,

воздействие на биологически активные точки тела

приемами самомассажа, оригинальные дыхательные уп-

ражнения для глубинной вентиляции. В ней сочетают-

ся статические и динамические упражнения. Однако и

те и другие всего лишь оболочка, скрывающая глав-

ное – работу с энергией, концентрацию внимания,

самовнушение. Именно через “внутреннюю работу”

происходит изменение состояния психики, обретаю-

щее устойчивый характер. В буддийских терминах та-

кой переход называется “из сансары” (мира страда-

ний) “в нирвану” (мир вечного блаженства).

Учение “чань”, вместе с его практическими мето-

дами, является квинтэссенцией восточных методов

обретения гармонии. А что такое гармония? Это со-

размерность и упорядоченность всех сторон бытия,

включая собственное тело и собственную психику,

это согласованность целней и средств, формы и со-

держания. Именно гармония противостоит хаосу в

природе, в человеческой душе и в обществе. Гармо-

нический человек – человек умиротворенный, абсо-

лютно лишенный страха, невозмутимый, радостнодуш-

ный. Это человек с “улыбкой Будды”, мягкий, дос-

тупный, благожелательный, бескорыстный – и в то же

время несгибаемый, упорный и сильный. Это человек

бесконечно превосходящий своей телесной и духов-

ной мощью обыкновенных людей. Ведь его сердце от-

крыто Вечности, а тело наполнено энергией Космоса!

Чань-Буддизм

(часть 2)

ПРОЗРЕНИЕ ДОСТУПНО ВСЯКОМУ…

“Истина

скрыта вне письмен.

В знаках и словах

не передать Закон.

К сердцу обратись,

внутрь и вспять,

Чтоб, себя постигнув,

Буддой стать!”

Бодхидхарма (VI в.)

Патриархи Чань упорно отрицали трудности на пу-

ти к прозрению, утверждая, что оно доступно всяко-

му, кто искренне верит в свою “природу Будды”, до-

веряет естеству и следует его велениям. Человек,

который видит свою истинную природу, свободен все-

гда и везде, в любой ситуации. Он действует в со-

ответствии с ситуацией и отвечает в соответствии с

вопросом. Как и в даосизме, опыт которого во мно-

гом обогатил культуру Чань, целью всей чаньской

практики является пробуждение естественного начала

в человеке, снятие многочисленных психических сто-

поров, мобилизация возможностей человеческого моз-

га, резкое обострение всех пяти чувств, способст-

вующих улучшению таких психических процессов, как

память, образные представления, мышление.

Истина, согласно теории Чань, всегда вне слов,

ее невозможно передать в книге. “Знающий не гово-

рит, говорящий не знает”, – сказано у Лао Цзы.

Поэтому наставник не читает проповедей ученикам, а

лишь стремится направить их собственный разум на

путь Очищения и Прозрения.

Осознав свое место в мире, постигнув единство

всего сущего, относительность добра и зла, человек

обретает душевное равновесие и покой, поколебать

который не в силах никакие бури и грозы. Считая,

что законы жизни постигнуты, просветленный адепт

Чань отказывается от мысли об изменении этих зако-

нов: его заботит лишь правильное следование есте-

ственному ходу вещей.

Когда ученик спросил чаньского наставника, в

чем смысл Дао (Пути), тот ответил:

– В простом, здравом смысле. Когда голоден, ем,

когда устал, сплю.

– Но разве все делают не то же самое? – спросил

ученик.

– Нет, – ответил наставник, – большинство не

ощущают того, что они делают.

Читайте также:  Скандхи в буддизме - знакомство с важнейшей частью учения

Итак, Чань призывает ощущать, переживать каждое

мгновение земного бытия, воспринимать все окружаю-

щее как проявление великого Дао.

Источник: https://www.e-reading.by/bookreader.php/1021679/Chan-Buddizm.html

Что такое посвящение?

Тантрическое посвящение (инициация, ванг) – это ритуал, который приводит в действие наши развивающиеся факторы природы будды, стимулирует их к росту и сажает новые «семена» нашего потенциала.

Факторы природы будды – наши основополагающие ресурсы, которые есть у каждого. Они позволяют трансформировать наше обычное тело, речь, ум, действия и хорошие качества в тело, речь, ум, деяния и хорошие качества будды.

Они включают:

  • Развивающиеся факторы природы будды – факторы, которые можно побудить к росту. В частности, это наши системы положительной силы (положительного потенциала) и глубокого осознавания. Часто их переводят как «накопления заслуги и мудрости».
  • Присутствующие факторы природы будды – те, которые остаются неизменными на всех стадиях нашего развития. Это пустотность (пустота) потока ума каждого из нас, которая делает трансформацию возможной. Некоторые традиции также включают сюда обусловленную природу нашей умственной деятельности.

Чтобы получить посвящение, необходим не только полностью квалифицированный тантрический мастер: мы сами должны быть подготовлены, восприимчивы и принимать активное участие в происходящем.

Под подготовкой в первую очередь имеется в виду принятие надёжного направления в нашей жизни (принятие прибежища), которое означает, что мы двигаемся в надёжном направлении, указанном буддами, Дхармой и арья Сангхой с высоким постижением реальности.

Хотя на условном уровне «Дхарма» означает буддийское учение, на глубочайшем уровне под ней понимается то, чего мы достигаем, следуя учению. Мы обретаем состояние, в котором все наши страдания и их причины полностью и навсегда устранены из нашего потока ума, а все постижения, которые ведут к этому состоянию и также возникают вследствие него, наполняют наш ум.

Будды – это те, кто в полной степени достигли в потоке своего сознания истинных прекращений и истинных путей ума (то есть разновидностей правильного понимания, которые ведут к истинному прекращению и также являются его результатом). Арья Сангха – это те, кто достиг этого в некоторой степени.

В дополнение к надёжному направлению (прибежищу), нам также нужен базовый уровень отречения. Здесь имеется в виду сильная решимость быть свободными от неуправляемого круговорота перерождений (сансары).

Поскольку мы полны решимости освободиться от этого, то готовы отказаться от истинных страданий и их истинных причин, из-за которых наше тело, речь, ум, действия и хорошие качества в каждом рождении ограничены.

Далее, чтобы активировать наши потенциалы природы будды, нам нужен базовый уровень намерения бодхичитты. С этим намерением мы сосредоточиваемся на нашем собственном просветлении, которое пока ещё не произошло, но которое может случиться на основе нашей природы будды.

Наша цель – достичь этого состояния, и мы стремимся к ней потому, что хотим быть способными наилучшим образом помогать и всем остальным достичь освобождения от неуправляемого круговорота перерождения, а также просветления.

Таким образом, наше намерение основано на сильной, равной любви и сострадании ко всем и принятии вселенской ответственности за то, чтобы всем им помочь.

В дополнение нам нужен базовый уровень понимания пустотности – того, что мы, другие, сансара, освобождение, просветление «изначально» лишены существования невозможными способами.

Ничто не существует само по себе, независимо от всего остального, и в частности независимо от причин, следствий и концептуальных категорий, которые мы используем для того, чтобы говорить или думать об этом явлении.

Нам также нужно базовое понимание того, как наша тантрическая практика приведёт нас к просветлению, и уверенность в методах тантры, а также в способности нашего тантрического мастера наставлять нас в этих методах.

Во время посвящения в любой из четырёх классов тантры мы принимаем обеты бодхисаттвы, а в двух высших классах мы также принимаем тантрические обеты.

  • Обеты бодхисаттвы направлены на то, чтобы избегать поведения, которое мешает нам приносить наибольшую пользу другим.
  • Тантрические обеты направлены на то, чтобы избегать действий и мышления, которые станут препятствием для успешной тантрической практики.

Чтобы получить эти обеты, необходимо сознательно принять их с чётким намерением стараться как можно лучше их хранить до самого просветления.

Наша способность их соблюдать основана на практике этической самодисциплины, опыт в которой мы обрели, храня тот или иной уровень обетов личного освобождения (обетов пратимокши), например обеты мирянина (мирянки) – воздерживаться от убийства, воровства, лжи, употребления опьяняющих веществ и такого сексуального поведения, которое неуместно, если мы хотим достичь освобождения.

Ритуал посвящения состоит из множества частей, каждая из которых подразумевает сложную визуализацию.

Мы представляем нашего тантрического мастера как медитативный образ будды (йидам), наше окружение – как дворец-мандалу и чистую землю этого образа будды, и самих себя – также в виде образа будды, символизирующего наше будущее просветление, к которому мы стремимся с бодхичиттой.

Даже если мы не можем визуализировать всё это чётко, нужно по крайней мере постараться почувствовать, что наш тантрический мастер, окружение и мы сами предстаём в чистой форме.

Также на каждой стадии посвящения нужно представлять, что мы переживаем блаженную сосредоточенность на пустотности. Хотя это может не получиться у нас очень хорошо, нам нужно хотя бы думать, что ничто из происходящего не существует независимо от причин, следствий, частей, а также слов и концепций, которые к ним относятся.

Напоминая себе о пустотности всех явлений, важно чувствовать счастье. Именно это сознательное переживание блаженного осознавания пустотности приводит в действие наши развивающиеся факторы природы будды, стимулирует их к дальнейшему росту и сажает новые «семена» нашего потенциала. Поэтому нужно стараться как можно лучше вызвать такое состояние ума.

Тогда мы действительно получим посвящение, а не просто будем свидетелями.

Получив посвящение в практику того или иного образа будды, мы можем также пройти ритуал, известный как последующее разрешение (дженанг). Как объяснял мой основной учитель Ценшаб Серконг Ринпоче, посвящение подобно получению меча, а последующее разрешение – его заострению.

Во время этого последующего разрешения мы подтверждаем свои обеты и снова чувствуем духовный подъём на уровне тела, речи, ума и их единства.

В традиции гелуг легко отличить посвящение от последующего разрешения: первое даётся с помощью изображения дворца-мандалы, которое находится рядом с тантрическим мастером, а второе – с помощью торма (кекса конусообразной формы), которое мы представляем в виде образа будды.

Получив посвящение, мы получаем право представлять себя в форме соответствующего образа будды.

Как объясняет Цонкапа, если мы получили только последующее разрешение, но не получали до этого полного посвящения, во время практики медитации нам разрешается только представлять образ будды перед собой.

Но если мы уже получали посвящение в тот же самый или более высокий класс тантры, мы можем, получив последующее разрешение на какой-либо образ будды, представлять себя в виде этого образа, даже если мы не получали посвящения, связанного с этим образом.

Получаем ли мы посвящение или последующее разрешение, мы с радостью принимаем любые обязательства по практике, которые даёт наш тантрический мастер.

В конце концов, мы идём туда именно для этого! Если мы посещаем посвящение или последующее разрешение как нейтральный наблюдатель, или хотим получить так называемые «благословения», или обновить свои обеты и не принимаем активного участия в ритуале, то не получаем обязательств практиковать эту тантру. Однако если мы восприимчивы, то почувствуем вдохновение быть более добрыми и мудрыми людьми.

В каждом из нас есть все инструменты, необходимые для достижения просветления, даже если сейчас это не очевидно. В буддизме тантрическое посвящение помогает нам обнаружить эти инструменты и засеять семена нашего будущего просветления.

Есть много разных посвящений, и каждая школа тибетского буддизма делает акцент на практиках того или иного божества. Однако их цель одинакова: создать сильную связь между получателями посвящения, квалицифированным наставником и медитативным образом будды. Активное участие в посвящении означает принятие на себя обязательства, на всю жизнь, работать над собой и помогать всем существам.

Источник: https://studybuddhism.com/ru/tibetskiy-buddizm/tantra/buddiyskaya-tantra/chto-takoe-posvyaschenie

Правила для буддистов

Социальные сети для буддистаДзонгсар Джамьянг Кхьенце — автор книги «Отчего вы не буддист»

Дзонгсар Джамьянг Кхьенце автор книги «Отчего вы не буддист»  и он разработал уникальные правила для пользователей современных социальных сетей, которые отлично подходят для всех любителей и фанатов (интернет-зависимых) от: Фейсбука, Однокласнников, , Инстаграмма, Твиттера, Гугл и прочих.

И, хотя, они составлены специально для практикующих Ваджраяну (Тантру или Алмазный Путь), многое из того о отм, что здесь написано, актуально для буддистов всех направлений и всех традиций буддизма (от Хинаяны и до Махаяны в том числе).

Практикуете ли вы на самом деле Ваджраяну или все-таки нет?

Если вы полагаете, что изучаете Ваджраяну — так это или не так, это отдельная тема, но если вы считаете себя практикующим ваджраяну, — то защита этой глубокой традиции становится вашей обязанностью.

Дзонгсар Джамьянг Кхьенце

Ваджраяна и её практика должна быть под секретом!

Важно хранить ваджраяну в тайне. Ваджраяну еще называют «Колесницей Тайной Мантры», потому что практиковать ее следует тайно, чтобы никто не знал. Её практику держат в тайне не оттого, что есть, что скрывать, но чтобы защитить практикующего от опасностей и падений, которые может привнести в его практику Эго.

Правила для буддистов при использовании социальных сетей

Жертва духовного материализма или в Тантре не так все пошло

В частности, есть большой риск пасть жертвой «духовного материализма», когда практика превращается для вас в заявку на моду, и ее главное назначение ‒ украшать эго «практикующего» и подпитывать его чувство собственной важности или принадлежности к «классной» тусовке, а не усмирять и преобразовывать его ум.

Если вы так практикуете Путь Ваджраяны, то ничего бесполезнее и придумать нельзя.

Правила пользования для буддистов социальными сетями

Учения Ваджраяны как иностранный язык или средства для того, чтобы отпугивать новичков

Кроме того, Учения Ваджраяны называют тайными потому, что их смысл не очевиден тому, кто не получал соответствующих учений. Она как иностранный язык.

Поскольку некоторые образы и символы непосвященным могут показаться странными и даже жестокими, то, как правило, рекомендуется хранить их в тайне, чтобы не отпугнуть начинающих практиков, у которых могут сложиться неправильные представления о буддийском пути в целом и, в частности, о Пути Ваджраяны.

Социальные сети для буддиста от Дзонгсар Джамьянг Кхьенце

Что нужно и можно делать буддистам в социальных сетях, когда публикуешь пост?

Когда вы размещаете свои посты в социальных сетях, пожалуйста, помните, что вы делаете это не только для собственного удовольствия, но для всего бескрайнего мира, который может совсем не разделять ни вашей увлеченности безумными фотографиями, ни странного обожания и фантазий, которые вы питаете на предмет конкретных личностей, которых именуете «своими гуру».

Предложения Ламы Дзонгсар Кхьенце Ринпоче по поводу использования социальных сетей

С учетом вышесказанного позвольте мне озвучить свои предложения так называемым «ученикам на Пути Ваджраяны», дабы они смогли защитить себя: избавив себя от неловких ситуаций и защитив свою практику Дхармы,  а также смогли уберечь глубокую Традицию Ваджраяны.

1) Храните Ваджраяну в тайне

Вы должны хранить в тайне информацию, касающуюся вашего личного гуру, личной практики, полученных посвящений, выслушанных учений, а также тантрические изображения и т.п.

1.1. Не выкладывайте в социальные сети тантрические изображения

Если вы думаете о том, что выложенные вами провокационные тантрические образы, (божеств с множеством рук, головами животных, божеств в сексуальном объятии или в гневных формах), придадут вам больше важности, то скорее всего, вы не понимаете их значения.

Читайте также:  Жизнь тибетских монахов - как проходит их день?

1.2. Не выкладывайте мантры и семенные слоги

Если вы полагаете, что мантры и слоги нужно вывешивать на Фейсбук, поскольку это повышает настроение и способствует самосовершенствованию, то лучше сделайте себе новый макияж или новую прическу.

1.3. Не рассказывайте про свои посвящения (инициации)

Если вы думаете, что фотографии с посвящения, полученного вами на выходных, заслуживают того, чтобы их поместили на Фейсбук рядом с портретом вашей кошечки, то стоит отправить свою кошку в Непал, чтоб там ее возвели на трон.

Если учитель (лама или гуру) не дал вам на то разрешения, не размещайте никаких фотографии, видео или аудиозаписи с посвящений и учений Ваджраяны, а также мантры.

1.4. Не распространяйтесь о глубоких/ тайных учениях, которые вы получали

Некоторые, похоже, считают, что это мода такая ‒ вешать на свой рот слова «Дзогчен» или «Махамудра».

Если вы получили глубокие наставления, лучше следовать этим наставлениям и держать их при себе.

2) Не поддавайтесь искушениям духовного материализма и желанию поставить Дхарму на службу своему Эго

Не пытайтесь хвастаться своим Гуру, своим пониманием, своей практикой и т.д.

Также не нужно дурно отзываться о других практикующих или иных путях.

2.1. Не делитесь своими переживаниями и так называемыми «достижениями»

Если думаете, что имеет смысл заявлять о том, что представляется вам «достижением», то вполне возможно, вы подпитываете собственные омрачения.

Попытки своей практикой произвести на других впечатление никак не увязываются с самой практикой. Постарайтесь быть искренним и смиренным.

Никому дела нет до ваших медитативных переживаний, пусть даже вам явились: будды, единороги или радуги.

Если считаете, что вы освободились от самообмана то, возможно, у вас не было времени для того, чтобы хорошенько подумать.

2.2. Не хвалитесь своим Гуру

Каким бы великим ни казался вам ваш Гуру, будет куда лучше, если вы оставите свою преданность при себе.

Если считаете, что ваш Гуру (лама) лучше, чем чей-то еще, то, наверное, вы думаете, что превзошли других в равностности и чистом видении.

2.3. Не стоит делиться своей, так называемой «мудростью»

Если считаете, что получение глубоких учений дает вам лицензию на их провозглашение, то скорее всего демонстрируете одно лишь неведение.

Прежде чем вздумаете «поделиться» цитатой из учений Будды или других своих учителей, задумайтесь, а действительно ли они это говорили, и если да, то какой именно аудитории эти слова предназначались.

2.4. Не путайте буддизм с не-буддийскими идеями

Как бы ни вдохновляли вас лично радуги и ауры и как бы уверены ни были вы в конце света, постарайтесь не смешивать свои собственные фантазии/ болезненные реакции с буддизмом.

2.5. Уважайте других

Без фундамента Тхеравады (Хинаяны) и Махаяны не было бы никакой Ваджраяны. Практик Ваджраяны непроходимо глуп, если смотрит сверху вниз на Тхераваду и Махаяну и демонстрирует им свое пренебрежение.

Если думаете, что нападки на других буддистов сделают буддизм лучше, сделайте буддизму одолжение ‒ направьте свои стрелы на собственное Эго и собственную предвзятость.

2.6. Не вносите дисгармонию

Попробуйте стать тем, кто и в интернет-чате привносит в Сангху гармонию, а не разлад и раздоры.

2.7. Всегда помните о мотивации

Пожалуйста, не пытайтесь продемонстрировать при интернет общении элементы «безумной мудрости», просто помогайте другим воспитать доброе сердце.

Если вы не в силах сдержать свой зуд повесить какой-нибудь новый пост, обязательно удостоверьтесь, что он окажет помощь всякому, кто его прочтет, и поможет Дхарме.

Оригинал статьи взять с сайта “Сохраним Тибет!”

Краткая заметка о ламе и учителе буддизма Дзонгсаре Джамьянг Кхьёнце Ринпоче

Источник: https://eshedrugpa.wordpress.com/2015/08/12/pravila-dlya-buddistov/

Чань — буддизм: учение просветленного видения

Чань представляет собой, сложившуюся в начале 6 в. самостоятельную школу китайского буддизма, интегрирующую учение махаяны с базовыми положениями китайской философии и сосредотачивающуюся на созерцательной и медиативной практике.

 На приоритет психопрактики в данной школе указывает само ее название, так как слово чань, представляющее первый иероглиф «чань-на» (санскр. «дхьяна», яп. дзэн.) означает созерцание, отстранённость, медитацию, «медитативной состояние» или «чань дин» — «сосредоточение» и «поглощенность».
Школа Чань имела несколько названий.

Так, Чань был известен под именем «Фосинь цзун» (кит. фо синь цзун; санскр. буддха хридая) — «Школа сердца Будды». Учитывая тот факт, что школы китайского буддизма с 6.в.

использовали раннеконфуцианское многосмысловое понятие синь, понимаемое как сердцевина, единство сердца и сознание, то еще одним названием Чань являлось «Школа сознания Будды». «Это название, -писал Л.Е. Ягунтов, — отражает другую особенность школы, а именно ее чрезвычайную психологизированность.

Главное внимание школы было направлено на человеческую психику, которая, согласно адептам чань, скрывает в себе сознание Будды».
Кроме этого можно привести еще одно название школы Чань , которое было связано с особенностью и традицией передачи учения «от сердца к сердцу», а именно: «Школа передачи печати сознания Будды» (кит.

чжуань фо синь инь цзун).Данное название связано с проповедью Будды на Вершине Грифа, во время которой он взял в руку цветок и молча улыбнулся. Один только Махакашьяпа понял мысль послания Будды и улыбнулся в ответ. Так была передана «печать сознания Будды» (фо синь инь), на которой и основывается традиция Чань, несущая и продолжающая сокровенную суть истинного знания.

Ранняя версия Чань называлась «Школой Ланкаватары», что отражало доктринальный характер «Ланкаватара сутры» (4 в.

), в которой впервые исходное единое сознание отождествлялось с природой Будды -татхагатагарбхой, подчеркивалась важность практики для достижения Пробуждения, а также акцентировалась важность самостоятельного переживания сокровенного смысла учения. По словам А.

Маслова, первоначально чань-буддизм воспринимался именно как школа, изучающая «Ланкаватара-сутру», а ее основоположником считали Гунабхадру (394—468), который первым в 443 году перевел данный текст на китайский язык и еще в 5 веке популяризировал в Китае «учение о созерцании» и «очищении сердца»».

Традиционно ключевыми фигурами раннего чань буддизма являются Первый патриарх Бодхидхарма (440–528 /536), который в 520 году принес из Индии свое учение о «просветлении», а также Шестой патриарх Хуэйнэн (638—713), автор доктринального текста «Сутра помоста шестого патриарха».
Бодхидхарма основал в монастыре Шаолинь первую школу чань-буддизма, распространял свое учение непосредственно от сердца к сердцу, призывая обретать состояние будды посредством созерцания собственной подлинной природы. Он учил обретению состояния абсолютной свободы, мужественному избавлению от всего традиционного и навязанного, смелому проникновению в самые глубины учения и проникновению в истинную реальность, которая не находится ни в каком другом месте, кроме собственного ума и сердца. Кроме этого Бодхидхарма, призывал к отбрасыванию всех концепций и текстов и приближению учения к самой реальной жизни, к пониманию чань-буддизма как повседневных мыслей и действий, чайной церемонии, боевых искусств и живописи. Важнейшим вкладом Бодхидхармы в новое учение было также создание новых методов психопрактики и в особенности сидячей медитации цзо чань и созерцания стены би-гуань.Он учил, что всё исходит из ума, что природа ума — это природа Будды, что природа Будды врождённа в каждом чувствующем существе, и основной метод осуществления этой природы — созерцание ума.

На протяжении двух последующих веков традиции чань поддерживали и развивали Четыре патриарха, начиная с ученика Бодхидхармы Хуэйкэ (487—593),отличающегося добротой и сердечностью и отстаивающего практику внезапного просветления, его преемника Сэнцаня (ум.

в 606), известного своей работой «Слова доверия сердцу», в которой были синтезированы идеи даосизма и буддизма, Даосиня (580—651), призывающего углубленно медитировать, а также просто «работать, проживать, сидеть, отдыхать» и Хунчжэня (Гунина) (601—674), который создал многочисленную и сплоченную чаньскую общину «Врата Дхармы Восточной горы».

В свою очередь шестой патриарх Хуэйнэн (638—713), который был основателем Южной школы внезапного просветления (дунь у), по сути завершил эпоху формирования учения и одновременно выступил основоположником классического, чистого Чань буддизма, окончательно определившегося и вышедшего за рамки «школы «Ланкаватара-сутры».Период после кончины Хуэйнэна и серединой 9 века называют золотым веком китайского чань.

Среди выдающихся представителей Чань данного времени, можно выделить: 

Шэнь-хуэя (670-762), по некоторым свидетельствам Седьмой Патриарх, придающий особое внимание внутренним переживаниям и страстям, которые он пустотными и нереальными, также, как и личное «я»,
Юн-цзя (665—713), представителя школ Тяньтай и Чань, автора «Песни о Просветлении»,
Ма-цзу (707—786), находившегося у истоков формирования школы Линьцзи, автора формулы «где сознание, там и Будда», первым использовавшим такие методы как крик «кат», физические воздействия и парадоксы для достижения просветления,
У-сяна (кор. Кима) (ум. 762), одного из основоположников Сычуаньского чаня, автора учения «не-запоминания», «не-мыслия» и «не-забвения»,
Баотана У-чжу (720-766/794), автора радикальной концепции «отсутствия отсутствия мысли», делающей бесполезным совершение, ритуалов, молитв, чтения сутр и поклонений,
Байчжан Хуайхая (Бо-чана) (720-814), который заложил основы монашеской жизни и создал первую чань-буддийскую общину основанную на принципе: «День без работы – день без еды»,
Хуан-бо (ум. 850) учителя Линь-цзи и автора «Трактата об основах учения сознания»,
а также Цзун-ми (780–841), который одновременно являлся Пятым патриархом школы Хуаянь, что и позволило ему выдвинуть принцип «цзяо — чань и чжи», означавшим, что «доктрина (философия Хуаянь) и созерцание (чаньская психопрактика) суть одно».К середине 9 века Северная школа прекратила свое существование, а Южная разделилась на пять направлений («домов» — цзя) классического Чань, два из которых:

дом Линьцзи, который в будущем послужил основой создания японской школы Риндзай, был создан монахом Линьцзи И-сюанем (811-866) и дом Цаодун, впоследствии японская школа Сото, названный посредством объединения начальной части имён её основателей: Дун-шаня (807—869) и Цао-шаня (840—901).

В 10-11 веках школы Линьцзи и Цаодун достигли своего расцвета.

В то же время Линьцзи разделилась на два направления:

— Школу Хуанлун «Жёлтого дракона», основателем которой был Хуан-лун (1002—1069) знаменитый своими коанами и парадоксальными изречениями, собранными в тексте «Три заставы».
—  Школу Ян-ци, вершиной направления Линьцзи, которую основал Ян-ци (992—1049) и развивали его последователи У-цзу Фа-янь (1025—1104), которого называли 5 Патриарх, его ученик Юаньу Кэ-цинь (1063–1135), который завершил, начатый еще Линьцзи, сборник наставлений «Речения с Лазурного утеса» и Да-хуай Зун-гао (1089—1163), знаменитый количеством своих учеников и автор метода хуатоу, представляющего собой вопрос, обращаемый к самому себе или свернутый и лапидарный вариант метода гуньаней (яп. коана).
Школа Цаодун окончательно утвердилась благодаря наставнику Да-янь (943—1027), а его ученики Тоу-цзу (1032—1083), автор «Ста образцов воспевания древности», Фу-цзун (ум. 1118 году) и Тан-сиа (ум. в 1119 году), и Хун-чжи Чжэн-цзюэ (1091-1157), которые являлись представителями направления «мочжао» или «безмолвного озарения».Самостоятельная, не имеющая аналогов в индийском буддизме школа Чань, является вершиной, подлинной квинтэссенцией и наиболее аутентичной формой всего китайского буддизма.По сути, все вершины разошедшихся по странам различных направлений буддизма имеют сходные характеристики и общие черты, определяемые своеобразием завершающего этапа развития любой теоретической системы. Так, объединяющими особенностями завершающего, трансформативного этапа традиции махасиддхов в Индии, чань –буддизма в Китае, Дзогчена в Тибете и дзэна в Японии являются:• распахнутость в Универсум и одновременная трансценденция вовнутрь,• предельное самоочищение и высвечивание изначального абсолюта,• утверждение самодостаточности и абсолютной свободы,• возрастание роли внутреннего мира• склонность к парадоксальности и выходу за пределы привычных смыслов,• упрощение и эстетизация теории, устранение ее перегруженности, избавление от множественности и разнообразия, что облегчает проявление чистой воли и живого действия,• тотальная трансформация теории в метод и практику,• радикальное погружение в живую повседневность,

• утончение субстрата и энергии до чистого света.

Источник: https://geniusrevive.com/chan-buddizm-uchenie-prosvetlennogo-videniya/

Ссылка на основную публикацию