Какая религия в монголии – колыбели дальнего востока

Религия монголов

Какая религия в Монголии - колыбели Дальнего Востока

Поклонение природе насчитывает тысячи лет и отражено в сказках и легендах монгольского народа. Со времени распада патриархальной системы в Центральной Азии процветали как форма поклонения благоговение и уважение к старейшинам и к явлениям природы.

Делались подношения солнцу, луне, звездам, планетам и небесным телам, земле, небу, горам и холмам. Это увековечено в изображениях на скалах и камнях, обнаруженных на обширных степных землях. Подношения были напрямую связаны с кочевым образом жизни скотоводов.

 

В декабре прошлого года монгольская традиционная практика поклонения святым местам была включена ЮНЕСКО в список нематериального наследия.

Тогда межправительственный комитет по охране нематериального культурного наследия открыл свою двенадцатую сессию в Чеджу и 6 декабря прошло заседание ЮНЕСКО, на котором было решено зарегистрировать монгольскую традиционную практику поклонения святым местам в качестве нематериального наследия ЮНЕСКО.

Монгольские практики поклонения святым местам развивались в культурном пространстве, в котором царит кочевой образ жизни, характеризующийся тесной гармонией с природой и окружающей средой.

Согласно древнему шаманизму, эти практики основаны на вере в существование невидимых божеств неба, земли, гор и природной среды.

Местные старейшины учат молодых людей тому, как вести себя во время церемонии и как участвовать в ней.

Церемонии поклонения создают чувство общности и солидарности и повышают осведомленность о взаимозависимости людей и окружающей среды.

Обожествление святых духов

Идолопоклонство или обожествление святых духов было самой ранней верой монголов. В периоды Хунну, Сумбе, Кидана и Панмонгольских племен было распространено поклонение  оленям, лошадям, крупному рогатому скоту, волкам и соколам. На древних наскальных пиктограммах олень, дикая коза и медведь изображены как священные идолы.

Самыми популярными объектами идолизации были Бөрте Чоно и Гоо Марал, тесно связанные с почитанием и поклонением небу и земле. Поклонение огню также было одним из духовных убеждений монголов, связанных с его очищающей силой.

С восхищением огнем связано множество обычаев и традиций. Например, было запрещено бросать грязь или бросать нож в огонь. Также было запрещено плевать в огонь или перепрыгивать через него.

Церемония возложения огня была очень популярна среди западных монголов и проводилась в присутствии всего поселения. Во время этой церемонии костру предлагалась грудная кость жирных овец. Традиция все еще сохранилась.

Ранним утром в первый день Цагаана Сар семья по традиции делала подношения, бросая в огонь жир и ароматные веточки можжевельника.

Самая известная традиционная практика поклонения святым местам или традиция монголов во всем мире — это ОВОО. Овоо — культовые места в культуре монголов.

В традиционной форме представляют собой кучи из камней или деревья, украшенные ленточками и флажками.  Располагаются у дорог, на горных перевалах, на вершинах, у озёр, аршанов, на берегах рек.

Встречаются как одиночные овоо, так и их группы.

Считается, что овоо создаёт погоду, отвечает за урожаи, здоровье, благополучие, не пускает людей на гору. Широко распространены придорожные овоо, у которых путешественники оставляют подношения на «добрую дорогу».

Шаманизм или Бөө мөргөл

Поклонение диким животным было заменено в средневековые времена абстрактной идеей Вечного Синего неба. Она заключалось в том, что существовал бог, который поддерживал мир, создавая землю, на которую родилась шаманская вера. Вечное небо является высшим и получает преданность от шамана. Небо – отец, земля – мать.

Вечное небо считалось высшей Вселенной, содержащей много небес, как хорошие, так и плохие. В Асарском небе есть 99 небес, из которых 55 являются западными, считающимися хорошими для человека и ответственными за добрые дела. 44 восточных неба считаются злыми и высокомерными, ответственными за плохие поступки.

Шаманы верят, что когда-то эти небеса были объединены под властью могущественной Асуры. Когда Асура умерла, небеса разделились.

Лидером западных небес был Хан Хурмаст, лидером восточных небес была Атаа Улаан-Тэнгэр. Каждое из небес было тесно связано с естественным явлением, управляющим аспектом человеческой жизни, судьбы и участи.

Это похоже на греческую космологию и греческих богов во главе с Зевсом.

Дээд Небо был правителем грозы, Белое Небо Зад был правителем дождя, Красное Огненное Небо – правителем засухи и дзуда, Черная Дочь Неба управляла людьми и молодыми животными, Белый Старик управлял скотом, Небеса Манахан охраняли охоту и трофеи, Голубые небеса  Дайван вдохновляли ремесленников и мастеров.

Мужчины и женщины-шаманы входят в транс, взывают к небесам и действуют как медиумы между людьми и небом. По-монгольски шамана-мужчину называли Зайран, шаманку – Удган.

Черные шаманы связывались с плохими духами, чтобы нести хаос, в то время как белые шаманы связывались с добрыми духами и совершали добрые дела. Шаманы считаются обладателями необычайной духовной силы.

Считалось, что монгольские шаманы с ранних лет имеют право призывать дождь из безоблачного неба, вызывать грозы, заставлять реки течь в другом направлении, преодолевать трудности во времени и пространстве и предсказывать будущее. Во время маньчжурского господства, говорят,  монгольские шаманы убили молнией тысячи маньчжурских воинов. Все монгольские знамена следовали за шаманизмом.

Модун хаан из Хунну, первого монгольского государства, поклонялся раннему утреннему солнцу и вечерней луне.

В империи Хунну было много шаманских монастырей и храмов, в которых Хунну хаан был глубоко уважаем как Тэнгэрийн Хөвүүн (Сын Неба).

В государственных церемониях использовались ритуальные шаманские молитвы, которые, как представляется, стали шагом к превращению шаманизма в государственную религию.

Через поклонение солнцу, луне, земле, рекам, озерам и старейшинам, а также с принесением в жертву овец и крупного рогатого скота, монгольское государство Сумбе также придерживалось шаманизма.

Монгольское племя Тоба во время шаманских ритуалов «приносило в жертву» семь или 49 деревянных человеческих фигур.

Монгольское Жужанское ханство тоже было последователем шаманизма, а мужчины и женщины-шаманы занимали важные должности во дворце хана жужанов.

Племя түрэгов также верило в шаманизм и совершало шаманские ритуалы, поклоняясь синему небу и земле. Киргизы совершали шаманские ритуалы в степях и поклонялись богам земли и воды. Уйгуры также поклонялись небу и земле и следовали за шаманизмом, совершали походы в горы и строили овоо.  

Во времена Монгольской империи шаманизм уважался как государственная религия. Когда Чингис Хаан объединил монгольские племена, одним из его близких соратников был шаман по имени Дев Тэнгэр. Шаман играл важную роль в государственных церемониях и совершал обряды перед отправкой воинов в бой. Подношения овоо и предсказание будущего были самыми популярными формами шаманизма в Монголии.

В сельской Монголии по-прежнему очень часто встречаются шаманские ритуалы, выполняемые в горах и возле воды, ритуалы с просьбой о дожде, а также шаманы часто принимают участие в празднике Наадам. Гадание по бараньей лопатке (кости) все еще широко распространено. Ясно, что шаманизм и его ритуалы, вызывающие духов, сильно повлияли на интеллектуальную культуру Монголии.

Религии в Монгольской Империи

Самый интересный период религиозных взглядов был тогда, когда Чингис Хаан основал Монгольскую империю. Он и его преемники поклонялись святым духам в Хөх Мөнх Тэнгэр и шаманизме, а шаманы, которые поклонялись вечному голубому небу, никогда не были изгнаны представителями других религий.

Харахорум, столица Монгольской империи, был всемирным культурным, религиозным и политическим центром, где буддисты, христиане, несторианцы, мусульмане и конфуцианцы создали храмы и монастыри со своими руководящими центрами и властями. В Харахоруме, наряду с шаманизмом, были  буддийские ламаистские монастыри, две мечети, одна христианская церковь и 12 храмов других религий.

Во времеан Чингис Хаана никогда не подвергались дискриминации религии покоренных народов, ко всем относились одинаково. Хубилай Хаан отмечал в своей стране фестивали различных религий. Говорят, что в Монгольской империи Юань отмечались такие праздники как Рождество и Пасха, а также мусульманские, буддийские и еврейские праздники.

Хубилай Хаан сказал: «Эти святые глубоко почитаются во всех уголках мира».

Историки утверждают, что монголы были терпеливы ко всем конфессиям в государствах, подчиненных монгольскому правлению, что хааны и дворяне, которые проехали полмира, никогда не подвергались дискриминации на основе веры. Возможно, это было причиной того, что Монголия завоевала огромную территорию и управляла половиной известного мира.

Есть еще несколько примеров мирного сосуществования разных религий в Монгольской империи. Польский историк В. Котвич писал: «В XIII веке монголы создали мир во всем мире».

Он отметил, что Марко Поло извлек выгоду из Pax Mongolica, не беспокоясь о безопасности во время своего путешествия из Венеции через Азию и обратно.

«Его приключения стали вдохновением для исследований европейских навигаторов» (из World History, том 1, 4-е издание, 1996, стр. 170).

Распространнение буддизма в Монголии

С ранних времен монголы культурно и духовно взаимодействовали с буддизмом. Считается, что буддизм развился в период Хунну, самых ранних монгольских предков. Историки предполагают, что жертвоприношения совершались на юго-западе империи Хунну возле трехметровой золотой статуи Будды.  

Му Инь, лидер Сумбе, знамя Му Иня монгольской нации, приказал, «Мы должны накапливать заслуги, совершая добрые дела и заставляя их расти, выполняя достойные поступки».

История говорит, что монгольское государство Нирун (4-6 вв. нашей эры) сделало буддизм своей государственной религией. Лама, названный Дхармаприйей на западе (нынешний Ганьсу) в 420 году стал учителем буддизма в государстве Нирун. Буддизм распространился через Монголию из турецкого ханства в Нирун и вплоть до конца уйгурского государства (IX-XI вв. н.э.).

Кидан-монголы, прежде чем возникла их собственная империя, основали первый буддийский монастырь в 902 году нашей эры.

Чингис Хаан, основавший единую Монгольскую империю, написал письмо тибетскому ламе Саджин Хамбо в 1206 году. В нем говорится: «Хотя я хочу пригласить вас, мои государственные дела еще не закончены. Помолись за меня.” В следующих письмах Чингис Хаан освобождал глав тибетской религии от налога. Некоторые из министров Чингис Хаана были буддийскими религиозными учеными.

Поощряя буддийскую религию, Өгөдэй Хаан (1229-1241) начал распространение буддизма в Харакоруме, которое завершилось в 1256 году в царствование Мөнх Хаана.

Буддизм процветал в империи Монголии Юань, основатель которой Хубилай-хаан (1215-1294) следовал политике монгольского хана, почитал и поддерживал буддизм.

Он в 1260 году пригласил в свой дворец для написания книг Пагву Ламу Лодойжалцана из секты тибетских саджей и предложил ему возглавить лам штата Юнь в городе Шанд, вручив печать государственного учителя.

Преемники Хубилая приветствовали лам в качестве пропагандистов буддийской идеологии, предоставив им титул государственных учителей.  

Самый сложный монгольский период – это 16-й век, неблагоприятное время для распространения буддизма. Во второй половине XVI века монгольский буддизм возродился в третий раз благодаря  поддержке монгольских лидеров, ученым и тибетским религиозным лидерам.

Среди значительных фигур этого возрождения были Өндөр Гэгээн Занабазар из Халха, Зая Пандида Лувсанпэрэнлэй, Зая Пандида Намхайжамц, Просвещенный Лама Чойзад, Нэйж Тойн, Пандида Аюуш-гүн из Хөх хота, Алтан Хан из Түмэд, Автай Сайн Хан из Халх, Лигдэн, Галдан Бошигт хана из Ойрада и Түмэн Сайн Ноён Хан.

Вы знали…

Четвертый Далай-лама, Ёндонжамц (1589-1616), был монголом.

Он был внуком монгольского Алтан Хаана и получил отличное образование. был окружен особой заботой, пока не умер в монастыре в Брэйвене, в Центральном Тибете.

Читайте также:  Буддисты - вегетарианцы или нет? питание монахов разных школ

Алтан Хаан Түмэда (1507-1589) пригласил в Монголию тибетского ламу Юндонжамца и дал ему титул Очирдари Далай-ламы, родив настоящее имя Далай-ламы. С тех пор многие хааны поощряли буддизм, стремясь помочь духовной преданностью воссоединить свою распадающуюся нацию.

Лигдэн Хутагт Хаан (1592-1634) распорядился о переводе сутры Ганжура и Данжура на монгольский язык (1628-1629). Тридцать пять ученых, возглавляемых Гунгаа Одсэром, выполнили эту работу. Монголы начали активно распространять буддизм. Кроме переводов и разъяснений работ индийских и тибетских ученых, ученые ламы Халхи и Ойрата, в частности, писали книги о религиозной философии.

Многие произведения, составленные такими известными учеными как Нагарджуна, Асанга, Васуванду, Дигнага, Дхармакирти и Дхармоттара, были переведены на монгольский язык. Более 200 монголов также написали несколько сотен религиозных книг на тибетском языке.

Буддийская религия была сильна в Монголии со второй половины XVII века, начиная с основания Их Хүрээ – крупнейшего культурного центра в течение сотен лет не только для монгольских буддистов, но и для буддистов всего мира.

Религиозная школа Гандантэгчинлэна, зарегистрированная в 1739 году, подготовила много высокообразованных лам, известных во всей Азии. Были тысячи монастырей, храмов, молитвенных мест и библиотек.

Буддийские храмы и монастыри были культурными и интеллектуальными центрами.

Буддийские религиозные знания и интеллектуальное развитие в Монголии вплоть до начала 20 века были одними из лучших в мире. Многие мудрецы проникли в философскую глубину буддийских религиозных доктрин. Буддизм носил официальную идеологию, значительно укрепляя монгольские отношения с высокоцивилизованными восточными странами.

Буддийские художественные шедевры хранятся в монастыре Гандантэгчинлэн и других храмах, монастырях и музеях Монголии. Доктрины буддийской философии глубоко повлияли на монгольскую культуру, традиции и обычаи.

Современное положение буддизма и других религий

Поскольку демократия наступила в 1990 году, с принятием Конституции в 1992 года Монголия вновь пользуется свободой религиозных убеждений. Религиозные верования, кроме биддизма, начали проникать в Монголию, ища почву для своих доктрин. Конституция дает гражданам свободу вероисповедания и люди могут свободно выбирать, какой религии следовать.

Была заложена правовая основа для возрождения традиционной религии и для сосуществования других религий. В Положении 9 Конституции Монголии говорится: «Государство должно уважать монастырь, и монастырь будет уважать государство. Отношения между государством и религией будут регулироваться законом».

Сегодня в Монголии насчитывается более 250 культовых мест различных религиозных конфессий, таких как буддизм, христианство, ислам, шаманизм, Ананда Марга, бахаи, бомбо и секты Кришны. Отношение государства можно охарактеризовать как терпимое. Опрос показал, что в Монголии буддистов в 13 раз больше, чем верующих всех других религий.

Однако монгольские буддисты тесно сотрудничают с другими конфессиями из Азии, Европы и США. Хамбо-лама Д.Чойжамц из монастыря Гандантэгчинлэн, центра монгольского буддизма, был в 2003 году избран президентом и возглавил конференцию азиатских буддистов за мир. Выдающиеся монгольские буддисты были избраны на руководящие должности Азиатской буддийской федерации.

Монгольские казахи придерживаются мусульманской религии, в Монголии насчитывается шесть мечетей.

Источник: http://asiarussia.ru/blogs/19927/

Религия

На просторах “Великой евразийской степи“, никогда не бывшей в полной изоляции, встречались самые разнообразные религиозные учения и школы, одни государства исчезали, появлялись другие, сменяли друг друга народы, идеи и власть.

Наиболее древняя религия монголов — шаманизм. В 1578 г. в стране был официально принят тибетский буддизм (ламаизм), однако шаманизм продолжает практиковаться небольшой частью населения (в первую очередь на севере страны).

К моменту Народной революции 1921 г. в стране насчитывалось 747 буддистских монастырей и 120 тыс. монахов и священников (при общем населении страны в 650 тыс. чел.)

В конце 1934 г. в Монголии насчитывалось 843 главных буддистских монастыря, около 3000 храмов и часовен и 6000 других строений, принадлежащих монастырям. Монахи составляли 48 % взрослого мужского населения.

В результате репрессий в конце 1930-х годов все монастыри были закрыты, их имущество национализировано, однако только часть строений была использована, подавляющая часть монастырей разрушена (относительно сохранились только 6).

По минимальной оценке 18 тысяч монахов были казнены.

Только в одном из массовых захоронений, обнаруженных у города Мурэн, были найдены останки 5 тысяч расстрелянных монахов (то есть св.

1 % всего взрослого населения страны на тот период)

В 1949 году в Улан-Баторе был снова открыт единственный монастырь, но декларированная конституцией 1960 года свобода вероисповедания была обеспечена только в конце 1980-х годов и началось возрождение традиционных буддизма, ислама, шаманизма.

В марте 1990 года в результате острого внутриполитического кризиса партийно-государственное руководство МНР добровольно ушло в отставку. Так начался новый этап в истории Монголии, которая встала на путь демократических преобразований.

Были заложены правовые и организационные предпосылки для формирования многопартийной системы, разрешена деятельность оппозиционных партий, ликвидирована политическая цензура. Был введен новый для страны институт президентства, создан парламент.

В результате Монголия стала парламентско-президентской республикой.

В 1992 г. была принята новая Конституция, закреплявшая демократические принципы государственного и общественного устройства и расширявшая права и свободы граждан.

В частности, Конституция гарантирует монгольским гражданам свободу совести и вероисповедания. Запрещается дискриминация граждан по религиозному признаку; государство с уважением относится к церкви (религии), а церковь – чтит государство .

Для того, чтобы упорядочить отношения государства и «церкви» и обеспечить право граждан на свободу вероисповедания, провозглашенное Конституцией, 11 ноября 1993 г. был принят «Закон об отношениях государства и церкви», который закрепил положения Конституции.

Таким образом, провозглашение свобод и их законодательное закрепление сделали возможным восстановление организационных структур традиционных монгольских религий, а также способствовали появлению новых, преимущественно западных религиозных организаций.

С другой стороны, в социальной сфере первые годы перехода к новой модели развития посредством «шоковой терапии» были отмечены резким ростом цен, падением покупательной способности населения при и без того невысоком уровне жизни, быстрой социальной дифференциацией общества, снижением рождаемости, ростом безработицы и преступности. В 1990–1992 гг.

Монголия пережила тяжелый экономический кризис. Духовный вакуум, образовавшийся после отказа от коммунистической идеологии, а также проблемы, вызванные трансформацией общества, способствовали тому, что монголы обратили свои взоры к религии, ища в ней поддержку и помощь.

Нужно сказать, что религиозная ситуация в Монголии в начале 1990-х также изменилась. В начале XX в. в Монголии доминировала буддийская сангха, насчитывалось 747 больших и малых монастырей и кумирен и более 100 тыс. монахов, что приблизительно составляло треть мужского населения страны. В 1930-е годы сангха была фактически разрушена коммунистами.

Впоследствии, несмотря на то, что религиозная практика продолжалась на бытовом уровне, атеистическая пропаганда, отсутствие религиозной литературы и образования и ряд прочих факторов привели к секуляризации монгольского общества.

Ситуацию после 1990-го года можно охарактеризовать как ситуацию религиозного плюрализма – многообразия религий и религиозных движений.

По сравнению с предыдущими периодами монгольской истории число религий, конфессий и религиозных движений в стране существенно возросло. Причем новые религии получили распространение и в тех районах, которые прежде были моноконфессиональными.

Традиционные религии сохраняют особое, преобладающее положение в стране, но их былой монополии в духовной сфере уже нет.

Несмотря на то, что около 80% монголов считают себя буддистами (10% – мусульмане), буддизм в Монголии больше не занимает того доминирующего положения в политической, социально-экономической и культурной сферах, которое занимал до начала XX в.

В результате радикальных преобразований 1930-х гг. в Монголии и последующего социалистического строительства многие функции, которые исполнял буддизм (например, образовательная, культурная, мировоззренческая) были транслированы на другие – светские – институты.

Эта же тенденция продолжилась и в 1990-е гг.

С начала 1990-х активную деятельность в Монголии ведут различные христианские организации, миссии и отдельные проповедники. Христианство представлено православной, католической и протестантской церквями.

Точной статистики по числу верующих нет, но можно говорить о нескольких тысячах верующих. Вообще попытки обращения монголов в христианство имеют многовековую историю, но при этом до последнего времени были совершенно безуспешны.

То, что христианство обрело определенную популярность у современных монголов, говорит об изменении конфессиональной ситуации в стране.

Современная статистика религий

Центральная регистрация религиозных общин не предусмотрена законодательством Монголии, поэтому приводимые в Статистическом ежегоднике Монголии за 2007 год поступившие с мест сведения о количестве монастырей и храмов (только в тех в которых в течение года проводились религиозные службы) не отличиаются полнотой: 138 буддистских (в том числе в Баян-Улэгэйском, Гоби-Алтайском, Гоби-Сумбэрском и Южно-Гобийском аймаках только по 1),

89 христианских (из низ 64 в Улан-Баторе, 12 в Дархане, 6 в Эрдэнэте), 20 исламских (17 в Баян-Улэгэйском и 3 в Кобдосском аймаках) и 2 прочих (при этом уточняется, что под прочими имеются в виду бахаизм, мунизм и бон).

Огромное значение для религиозных представлений и культуры монголов до сегодняшнего дня оказывает шаманизм (“черная вера”).

Среди других религий распространён ислам, большей частью, связанный с этническими казахами, и христианство (протестантство), бурно развивающееся в последние 10-15 лет, с начала демократических преобразований и начала активной работы миссионеров в Монголии, с 1990 года. Локально в современной Монголии встречается также христианство (православие).

БУДДИЗМ

Тибетский буддизм является традиционной религией всех монголоязычных народов и народностей Монголии, а также тюркоязычных тувинцев. Буддисты составляют 94 % населения, абсолютное большинство во всех регионах Монголии за исключением Баян-Улэгэйского аймака.

Среди них встречаются и некоторое количество шаманистов, чаще всего сочетающих исповедание буддизма, поэтому точное определение доли шаманистов не представляется возможным

ШАМАНИЗМ

У джунгарских племен, как и у восточных монголов, до принятия буддизма существовала древняя религия – шаманизм, называемая “черная вера”. Шаманизм имеет древнюю историю на территории Центральной Азии.

Старинные китайские летописи сохранили описания религии и шаманов хуннских племен, живших в Монголии. “Черная вера” монголов была религией основателя монгольской империи Чингисхана.

Согласно летописи Рашид ад-Дина, на собрании-курултае монгольской аристократии шаман Кокэчу провозгласил хана Темучина – Чингисханом.

Так религия “Вечного синего неба” на протяжении столетий до прихода буддизма оставалась верой монгольских племен.

ИСЛАМ В МОНГОЛИИ

Казахи, составляющие 88,7 % населения Баян-Улэгэйского аймака и 11,5 % населения Кобдосского аймака (несколько тысяч казахов мигрировало в Улан-Батор и др. крупнейшие города севера страны) традиционно исповедуют суннитский ислам. Их численность в 1956 году составляла 37 тыс. (4,3 % населения), к 1989 году возросла до 121 тыс. (6,1 % населения).

Массовая репатриация казахов-оралманов в Казахстан привела к сокращению их числа до 103 тыс. (4,3 %) в 2000 году. Однако к 2007 году численность казахов вновь возросла до 140 тыс. (5,4 % населения).

ХРИСТИАНСТВО В МОНГОЛИИ

В 2007 году общая численность христиан составила (согласно подсчетам самих христианских церквей) св.

4 % всего населения, в том числе протестанты (в основном евангельские христиане-баптисты) составляли 90 % христиан, ещё 9 % составляли мормоны, тогда как католики и православные в сумме составляли всего 1 % всех христиан Монголии.

Следует учитывать, что в стране (по данным церковных источников) действовало по меньшей мере ещё 250 незарегистрированных евангелических церквей.

Значительную долю прихожан Свято-Троицкого прихода Русской православной церкви в Улан-Баторе составляют осевшие в городе выходцы из бывшего СССР, а также приезжающие в Монголию на работу, учёбу или отдых граждане РФ, Украины, Белоруссии и др. стран.

Читайте также:  Конфуцианство - философское учение поднебесной

Имеются планы строительства храма-часовни в г. Эрдэнэт.

Монголы понятие о высочайшем существе соединяли с понятием о небе, которое является существом материальным и духовным.

Небо представлялось монголам правителем мира, вечным источником жизни.

Небо считалось мужским началом, а земля женским природы; первое дарует жизнь, а вторая форму.

Чингисхан в разговоре со своими близкими говорит, что счастье, с которым ничего не может сравниться – покровительство неба.

Все обитатели Северной Монголии населяют духами окружающий человека мир природы. Каждая долина, каждая гора имеют своего духа или хозяина, который по-монгольски называется “сабдык”.

Хозяин горы или долины и есть сама гора или долина. Каждая местность – живое тело. Имена духов особо почитаемых священных гор и мест хранятся в тайне, не произносятся вслух без всякой надобности.

Источник: http://www.best-country.org/asia/mongolia/religion

Религия Монголии

Религия Монголии. Наиболее древняя религия монголов — тенгрианство. В 1578 г.

в стране был официально принят тибетский буддизм (ламаизм), однако тенгрианство продолжает практиковаться небольшой частью населения (в первую очередь на севере страны). К моменту Народной революции 1921 г.

в стране насчитывалось 755 буддистских монастырей и 120 тыс. монахов и священников (при общем населении страны в 650 тыс. чел.).

В конце 1934 г. в Монголии насчитывалось 843 главных буддистских монастыря, около 3000 храмов и часовен и 6000 других строений, принадлежащих монастырям. Монахи составляли 48 % взрослого мужского населения.

В результате репрессий в конце 1930-х годов все монастыри были закрыты, их имущество национализировано, однако только часть строений была использована, подавляющая часть монастырей разрушена. По минимальной оценке 18 тысяч монахов были казнены.

Только в одном из массовых захоронений, обнаруженных у города Мурэн, были найдены останки 5 тысяч расстрелянных монахов (то есть свыше 1 % всего взрослого населения страны на тот период).

В 1949 году в Улан-Баторе был снова открыт единственный монастырь, но декларированная конституцией 1960 года свобода вероисповедания была обеспечена только в конце 1980-х годов и началось возрождение традиционных буддизма, ислама, шаманизма. С начала 1990-х годов начали свою деятельность зарубежные христианские миссии и бахаисты, мунисты.

Центральная регистрация религиозных общин не предусмотрена законодательством Монголии, поэтому приводимые в Статистическом ежегоднике Монголии за 2007 год поступившие с мест сведения о количестве монастырей и храмов (только в тех в которых в течение года проводились религиозные службы) не отличиаются полнотой: 138 буддистских (в том числе в Баян-Улэгэйском, Гоби-Алтайском, Говь-Сумбэр и Южно-Гобийском аймаках только по 1), 89 христианских (из низ 64 в Улан-Баторе, 12 в Дархане, 6 в Эрдэнэте), 20 исламских (17 в Баян-Улэгэйском и 3 в Кобдоском аймаках) и 2 прочих (при этом уточняется, что под прочими имеются в виду бахаизм, мунизм и бон).

Вопрос о религиозной принадлежности был задан в ходе осуществления в 2007 г. швейцарского проекта помощи, когда 661 глава семейства в городах Барун-Урт, Арвайхэр, Улангом и Кобдо дал следующие ответы: 75,8 % буддисты, 21,6 % нерелигиозны, 1,4 % христиан, 0,9 % мусульман и 0,3 % другие религии.

Служба Гэллапа по результатам глобального опроса общественного мнения, проведенного в 2007—2008 годах, поместила Монголию на десятое место среди наименее религиозных стран мира (между Францией и Белоруссией): лишь 27 % опрошенных респондентов заявили, что «религия является важной частью повседневной жизни».

Источник: http://xn—-7sba7adklhjup3a.xn--p1ai/297-religiya-mongolii.html

Дальний Восток ушёл от православия

Дальний Восток теперь отличается от Центральной России не только пристрастием к праворульным иномаркам. Религия в регионе тоже импортная — по количеству «активных верующих» протестантские движения опережают все «традиционные» для страны религии, включая православие и мусульманство.

По количеству официально зарегистрированных Минюстом религиозных организаций протестантского направления также превосходит число других религиозных конфессий.

Самые «протестантские» регионы Дальнего Востока — это Приморский и Хабаровский края. В Приморье зарегистрировано 178 общин различных направлений — пятидесятников, пресвитериан, евангелистов, адвентистов и десятка других.

У Русской православной церкви в этом регионе — 89, ещё 3 прихода у старообрядцев и 6 — у католиков.

Другие «традиционные» религии — мусульманство, иудаизм и буддизм — также представлены весьма скромно, 6 мечетей, 7 синагог и 4 буддистских пагоды.

В Хабаровском крае ситуация выглядит очень похоже: из 163 религиозных организаций 96 — протестантские. Причём число неортодоксальных приходов только увеличивается. А вот РПЦ сдаёт позиции — время от времени появляются новости о закрытии тех или иных приходов.

В 2005 году Хабаровская епархия ликвидировала два прихода — в Комсомольске-на-Амуре и в поселке Березовка Хабаровского района. «На данный момент у церкви нет денег на содержание прихода с небольшим количеством прихожан», — сообщали в епархии.

Сейчас в этом регионе у русской православной церкви осталось 48 отделений.

Кроме того, как сообщает «Независимая газета», протестантская активность распространяется и на регионы Сибири. Больше всего организаций этого толка в Красноярском крае — 111, Иркутской — 97 и Свердловской — 94 областях. Наибольшее распространение получает пятидесятничество, особенно харизматические Церкви в русле этого религиозного течения.

Интересен тот факт, что весомая часть священников этих конфессий носит нерусские фамилии. Как отмечают специалисты, «волну» протестантизма поднимали в 90-х иностранные проповедники. Дальний Восток оказался в пределах влияния проповедников из США и Южной Кореи.

Управляющий делами председателя Российского объединенного союза христиан веры евангельской, пастор Константин Бендас рассказал «СП», почему протестанты с успехом освоили территории Дальнего Востока.

«СП»: — Почему протестанты добились успеха именно на Дальнем Востоке?

—  У этого феномена есть давняя история. Православие пришло на эти территории достаточно поздно. В Сибирь и на Дальний Восток ссылали представителей нетерпимых в Российской империи конфессий. Многие уходили от гонений — молокане, духоборы, менониты, штундисты и так далее.

В советские времена на Дальний Восток ссылали избежавших расстрела священнослужителей. Таким образом там сконцентрировалась элита русских протестантов.

«СП»: — Получается, что протестантские течения там более «традиционная религия», чем РПЦ?

—  Да, ещё во времена царские там было больше так называемых раскольников и сектантов. Об этом пишут многие историки.

«СП»: — А откуда среди проповедников такое изобилие корейцев?

—  В начале-середине 90-х из-за близости и удобства передвижения туда проще было попасть миссионерам из Кореи, чем из Европейской части России. И до сих пор это так — дешевле прилететь из Сеула, чем из Москвы. То же самое — поехать учиться в семинарию проще в страны ЮВА.

Священнослужитель становится перед выбором — ехать учиться в Москву, где жизнь в несколько раз дороже, или в Южную Корею.

Ситуация сравнима с праворукими машинами, кстати говоря.

В 90-х, действительно, корейских миссионеров могло быть больше. Сейчас же наоборот — русские миссионеры едут в страны Азии, в Монголию, в Китай, в Лаос, в Таджикистан. Таких людей в десятки раз больше, чем пасторов, приехавших из Кореи.

«СП»: — Получается российская экспансия?

—  Экспансия подразумевает агрессию, навязывание, силовые методы. Мы говорим о миссионерстве, о том, как записано в Евангелии. Это нормальное поведение для любого христианина.

«СП»: — А языковой барьер, он не мешает?

—  На своём опыте наблюдений я бы делил миссионеров на две категории. Многие священнослужители стали нам, русским, близки, выучили язык, получили гражданство, женились, завели тут детей, дети отслужили в армии. Они ассимилировались. Они привезли сюда не корейскую культуру, а Христа.

Но часть пасторов по-прежнему смотрят на «местное население» свысока, язык не учат. Это наша «зона риска», к ним у нас достаточно жёсткое отношение, с такими мы сейчас прощаемся.

«СП»: — А с РПЦ вы как взаимодействуете? Там, получается, «традиционная религия» в меньшинстве.

—  Дело в том, что Русская православная церковь в мировом масштабе — меньшинство. Внутри христианства 1,3 млрд католиков, 1 млрд протестантов, и 350 млн православных, включая все ветви. И там, где РПЦ в меньшинстве, например, в США, я не знаю ни одного эпизода с выдавливанием, дискриминацией и унижением этой конфессии. И, я надеюсь, этого не будет и в России.

И на Дальнем Востоке нет случаев выдавливания РПЦ.

«СП»: — А сама РПЦ пытается вытеснить протестантов?

—  Прямых действий мы не видели, а что происходит в кулуарах, даже боюсь предполагать. Мы стараемся жить мирно, проповедовать не свою деноминацию, а христианство. Я как проповедник считаю, что несу слово Христа, и для меня не важно, в какую церковь в итоге придёт человек.

В РПЦ эту ситуацию официально комментировать затруднились. Руководитель пресс-службы Патриарха Московского и всея Руси Владимир Вигилянский объяснил «СП», что он не комментирует взаимоотношения с «сектантами и протестантами».

Своим взглядом на проблему поделился ректор Российского православного института св. Иоанна Богослова игумен Пётр Еремеев.

Ранее отец Пётр возглавлял Хабаровскую духовную семинарию — именно в Хабаровском крае протестанты развернули самую бурную деятельность.

Отец Пётр называет протестантов «сектантскими организациями, и приводит ряд причин, почему РПЦ уступила им часть территории Российской Федерации:

«Пока еще слабая позиция традиционных религиозных организаций. В первую очередь речь идет о Русской Православной Церкви: небольшое количество приходов, малое число священнослужителей, только 1 духовная семинария, которая была открыта буквально несколько лет назад.

Данная проблема обусловлена полным уничтожением следов Православной Церкви в регионе в советское время. При общем интересе населения к Православию организация общин тормозится из-за отсутствия адекватного ситуации числа духовенства. Духовным вакуумом пользуются сектанты.

Нередко проповедники-миссионеры спекулятивно используют традиционные символы Православия.

Близость Японии, Кореи, Китая. Из этих стран на территорию России мигрируют многие секты (в том числе запрещенные в своих странах), используя Дальний Восток как плацдарм для дальнейшей вербовочной работы на территории России.

В связи с отсутствием каких-либо мер по противодействию данной сектантской экспансии на местах ситуация становится неуправляемой.

Американские секты также считают Дальний Восток более эффективным и безопасным каналом внедрения в Россию.

Отсутствие религиоведческих центров, развитых учебных заведений, готовящих специалистов в области сектоведения, религиоведения. На весь Дальневосточный федеральный округ только в ДВГУ на кафедре теологии и религиоведения готовят подобных специалистов.

Учебная дисциплина «религиоведение» ведется лишь в нескольких дальневосточных вузах, при этом большинство из преподавателей данной дисциплины не имеют профильного религиоведческого образования. В связи с этим у выпускников вузов (будущих юристов, экономистов, техников, строителей и др.

) отсутствует религиозная грамотность и навыки различения безопасного религиозного учения от деструктивного сектантского.

Отсутствие специализированных реабилитационных и антисектантских центров по противодействию деструктивным и тоталитарным культам. Если в европейской части России их несколько десятков, то на ДВ ни одного.

Поддержка сект со стороны завербованных чиновников и сотрудников правоохранительных органов. Последние разоблачающие скандалы в Дальневосточном федеральном округе, связанные с вербовкой сектантами высокопоставленных должностных лиц, свидетельствуют об успешности работы сектантов в этом направлении.

Отсутствие критической информации о деятельности сект в ДФО. Разоблачающие материалы в местных СМИ практически не допускаются в печать. При отсутствии правдивой критической информации граждане пользуются только той информацией, которую предоставляет им секта сама о себе”.

protestant.ru

Источник: https://svpressa.ru/society/article/33161/

Как Забайкалье борется за звание родины Чингисхана

Как семь городов называют себя родиной Гомера, так и три страны — Россия, Китай и Монголия — оспаривают звание “колыбели” Чингисхана. И если монгольские ученые считают, что средневековый правитель появился на свет в сомоне Дадал Хэнтийского аймака Монголии, то их российские коллеги склоняются к тому, что это легендарное место находится в Ононском районе Забайкальского края.

Это все его родное

Споры российских и монгольских ученых о месте рождения основателя и первого хана империи монголов не стихают. В своих исследованиях и те и другие опираются на литературный памятник середины XIII века “Сокровенное сказание монголов”.

Но, как объяснил ТАСС доктор исторических наук археолог Александр Константинов, эти споры несущественны, поскольку Делюн-Болдоком называют не только конкретные места (как, например, урочище в Ононском районе), но и целую долину, расположенную как в Монголии, так и в России.

“Все это его родные места, его родовые угодья. И этот факт могут использовать в обоих государствах”, — говорит историк, рассуждая о туристическом потенциале бренда “Чингисхан”.

Делюн-Болдоком называют не только конкретные места, но и целую долину, расположенную как в Монголии, так и в России. Все это его родные места, родовые угодья. И этот факт могут использовать в обоих государствах

Александр Константинов

археолог

В соседней Монголии имя великого хана используют давно. Для монголов основатель империи — культовая фигура. Если вы полетите в Улан-Батор на самолете, приземлитесь в аэропорту Чингисхан. Если решитесь добраться туда на машине, въедете в город по проспекту Чингисхана.

Остановившись в местной гостинице Chinggis Khaan hotel, рассчитаетесь за номер тугриками, на каждом из которых — портрет завоевателя.

Читайте также:  Калмыцкие обычаи и традиции - как живут люди в этой республике?

Футболки с изображением монгольского правителя, водка, названная в его честь, портреты на склонах сопок, небоскреб “Топор Чингисхана”, и это еще далеко не все.

Недалеко от монгольской столицы в местности Цонжин-Болдог в 2008 году открыли крупнейший в мире памятник Чингисхану. Его высота — 40 метров без учета 10-метрового постамента. Конная статуя завоевателя настолько огромна, что на голове лошади, на которой он “восседает”, находится смотровая площадка.

Старается не отставать и сомон Дадал, который монголы считают местом рождения исторического деятеля.

Здесь, на вершине одной из сопок, по словам Константинова, установлен большой белый камень с надписью на старо-монгольском “Чингисхан”.

Так местные жители “застолбили” право именоваться родиной завоевателя. Посмотреть на эти места приезжают сотни людей. Для них обустроили кафе, лавки с сувенирами.

Поездки по “чингисхановым местам” популярны не только у самих монголов, но и у иностранных гостей. По данным информационного агентства “Монцамэ”, в 2015 году страну посетили около 386 тыс. туристов из других государств, что примерно соответствует уровню 2014 года.

Чита — Чингисхан: совместимость имен

В 2014 году власти Забайкалья вступили в борьбу за “наследие Чингисхана”, включив урочище Делюн-Болдок (родину правителя по версии российских историков) в концепцию развития туристической отрасли региона до 2020 года.

40-метровый памятник Чингисхану в пригороде Улан-Батора

© Илья Баринов/ТАСС

По мнению составителей документа, Делюн-Болдок “перспективен для развития культурно-познавательного, этнического и научного туризма”.

Однако для его использования нужно сначала построить подъездную дорогу к селу Нижний Цасучей в пяти километрах от местечка и дорогу местного значения от села к самому урочищу, где нужно поставить хотя бы памятный знак. Денег на это у региона нет. Инвесторы вкладывать не торопятся.

Одним словом, если в Монголии уже научились конвертировать образ Чингисхана в конкретные доходы, то в российском Забайкалье это остается на уровне концепций, проектов и обсуждений.

Так, еще с середины 2000-х годов власти Забайкалья обсуждают проект этнографического музея под открытым небом “Чита — Чингисхан”, который планировали разместить в пригороде Читы — возле сел Засопка, Шишкино и Угдан.

Вот только к монгольскому завоевателю этот центр должен иметь весьма отдаленное отношение: он, как надеются авторы идеи, включит старообрядческий, эвенкийский, казачий и городской комплексы.

В него также войдут фольклорно-этнографический театр, городок ремесел, выставочный павильон, детский городок и скотный двор.

“Основная цель музея — сохранение, изучение и популяризация самобытной культуры народов Забайкалья, промыслов, ремесел и, кроме того, поддержка новых форм бизнеса и развитие предпринимательства”, — пояснили авторы проекта. Но, по мнению доктора философских наук Артема Жукова, этот замысел оказался мертворожденным, слишком уж несовместимы два имени — Чита и Чингисхан.

Для российской истории и культуры Чингисхан — фигура, мягко говоря, неоднозначная, отсюда и сложное отношение к нему в обществе. И перешагнуть через это нельзя даже в Забайкалье

“В Забайкалье есть свои легенды о рождении и смерти основателя великой монгольской империи.

Но какое отношение они могут иметь к символике российского государства за Байкалом? Ведь именно российское государство представляет Чита — столица края, ставшая городом как минимум через 660 лет после смерти азиатского владыки. Нет, не эту власть и не эту культуру символизирует центр Забайкалья.

Российское Забайкалье в самом центре Азии — это не заслуга и поклонение перед культурой Востока, а величие российского государства, и только эту идею может и должен отражать такой символ, как Чита”, — убежден Жуков.

Но самой скандальной инициативой, связанной с именем знаменитого монгола, стала попытка жителей Агинского Бурятского округа установить памятник Чингисхану на берегу реки Онон. В 2012 году это предложение вызвало жаркую дискуссию в регионе.

“Для российской истории и культуры Чингисхан — фигура, мягко говоря, неоднозначная, отсюда и сложное отношение к нему в обществе.

И перешагнуть через это нельзя даже в Забайкалье, которое из всех регионов России имеет самое прямое отношение к этому деятелю”, — уверен краевед Александр Лыцусь.

Здоровье дороже

В российском Забайкалье, помимо местечка Делюн-Болдок, есть и другие места, имеющие, пусть и отдаленное, отношение к фигуре Чингисхана.

Например, руины Кондуйского городка — средневекового монгольского поселения, в центре которого располагался крупный дворцовый комплекс, принадлежавший, по одной из версий, хану Исунке — племяннику Чингисхана, получившему эти земли за особые заслуги при завоевании Средней Азии. Вот только когда-то прекрасный дворец давно разрушен до основания и больше привлекает археологов, чем туристов.

Это почти все, что осталось от Кондуйского дворца в Забайкалье

© Илья Баринов/ТАСС

Еще в регионе есть “Вал Чингисхана” — древнее фортификационное сооружение, построенное, правда, за несколько столетий до жизни великого правителя.

Есть “Чаша Чингисхана” — священный для бурят памятник природы, связанный с легендой, по которой правитель завещал похоронить себя в русле реки Онон, временно отведенном в сторону.

После захоронения воины якобы вернули воды на место и развели на высоком берегу огромный огонь, расплавивший горные породы и придавший им форму чаши.

Есть озера, которым легенды приписывают связь с Чингисханом. Например, чашу озера Арей в 200 километрах от Читы, по одному из преданий, вырыли монгольские воины во время похода.

Не использовать эти красоты для развития туризма было бы ошибкой.

С этим согласны во всех региональных ведомствах, связанных с отраслью, — и в Минкульте, и в Министерстве международного сотрудничества и внешнеэкономических связей, и в Минздраве.

Согласны в министерствах и с тем, что единственным конкурентным преимуществом края на туристическом рынке может стать не легендарный Чингисхан, а реальная медицина.

“Развитие санатория “Дарасун”, больницы восстановительного лечения в селе Ямкун, создание реабилитационных центров, конечно, прежде всего необходимы для оздоровления самих забайкальцев, но все это даст положительный импульс и туристической отрасли”, — сказал в интервью ТАСС и. о. министра здравоохранения региона Сергей Давыдов.

Все остальное, включая “колыбель” древнего правителя, в таком случае станет приятным дополнением в программе тех, кто приедет за Байкал, чтобы поправить здоровье.

Источник: https://tass.ru/v-strane/3782515

Религия в Монголии

религия в монголии, какая религия в монголии
Основной религией в Монголии является тибетский буддизм традиции Гэлуг, модифицированный на монгольской почве. Значительную часть населения также составляют неверующие.

Содержание

  • 1 Современная ситуация
  • 2 История
  • 3 См. также
  • 4 Примечания

Современная ситуация

По сообщениям печати и Интернет-сайтов, в 2010 г. в Улан-Баторе действовали более 350 храмов и религиозных учреждений. Из них христианских (в основном, протестантских) – 197 (почти 70%), буддийских – 63, шаманских – 7, исламских – 3.

Без законных разрешений и регистраций действовали: христианских храмов – 91, исламских – 1, шаманских – 1. По официальным данным, в 2010 г.

, в Улан-Баторе зарегистрированы и действуют 115 христианских храмов и церквей, 62 буддийских монастыря и дацана, 10 шаманских центров, 2 мечети, 1 бахаистский храм.

Отношение к религии
(население 15 лет и страше)

Отношение
к религиичисленностьдоля
%
буддизм 1 009 357 53,0
ислам 57 702 3,0
шаманизм 55 174 2,9
христианство 41 117 2,1
другие религии 6 933 0,4
неверующие 735 283 38,6
ВСЕГО 1 905 566 100,0

В Монголии буддизм постепенно возродился. Монастырей стало больше, как и духовенства. Однако количество монастырей и монахов не сопоставимо с таковым до репрессий 1937—1938 гг.

Казахи Монголии имеют свыше 40 мечетей в местах их компактного проживания на западе Монголии, а также школы по изучению основ религии. В центре столицы Монголии городе Улан-Батор идёт строительство центральной мечети Монголии.

Казахи в Монголии исповедуют ислам суннитского толка. Ранее исповедовавшие ислам хотоны, спонтанно воспринявшие значительную часть буддистских традиций и обычаев окружающих их дербетов, ныне постепенно восстанавливают исламские традиции.

В Монголии есть небольшая (несколько десятков человек) еврейская иудаистская община.

С конца 1990-х годов в Монголии функционируют и некоторые другие деноминации (мунизм, бон).

Христианство

См. также: Протестантизм в Монголии и Католицизм в Монголии

По данным «Энциклопедии религий» Дж. Г. Мелтона в 2010 году в Монголии насчитывалось 47,1 тыс. христиан. Исследование Pew Research Center насчитало в стране 60 тыс. христиан. При этом, за десятилетие 2000-2010 гг. христианство было самой быстрорастущей религией страны (ежегодный прирост составлял 6%).

Большинство монгольских христиан — прихожане различных протестантских церквей (34-40 тыс. верующих). Православия в стране придерживаются 1,4 тыс. человек. Это проживающие в стране русские, украинцы, белорусы, молдаване и члены смешанных семей.

Численность католиков, по данным апостольской префектуры Улан-Батора, составляла 656 человек (на 2011 год), в стране было 20 католических священников и четыре прихода. Ещё 9 тыс.

верующих относятся к маргинальному христианству (преимущественно мормоны и свидетели Иеговы).

История

Обо в Монголии

Во древности предки монгол были шаманистами. Во времена империи Юань официальной религии был тибетский буддизм традиции Сакья.

После распада империи Юань наряду с буддизмом вновь большое значение приобрел шаманизм. К концу XVI столетия шаманизм был в Монголии вытеснен тибетским буддизмом традиции Гэлуг.

В северных таёжных районах Монголии шаманизм сохраняется и поныне, в сочетании с буддизмом.

Буддийские монахи составляли на начало ХХ в. значительную часть населения Монголии составляло буддийское духовенство, т.к. в каждой семье был обычай отдавать третьего ребенка в монастырь. Монастыри оказывали значительное влияние на власть и хозяйство страны.

После образования Монгольской Народной Республики началось изъятие ценностей у монастырей, их закрытие и искоренение буддизма. В 1937—1938 гг. проводились массовые репрессии против духовенства, все монастыри были закрыты, в основном разрушены. В конце 1940-х гг. был открыт один монастырь.

Под влиянием перестройки в СССР в Монголии в 1989 году сняли ограничения на религиозную деятельность.

См. также

  • Обо
  • Буддизм в Монголии
  • Протестантизм в Монголии
  • Православие в Монголии
  • Католицизм в Монголии
  • Ислам в Монголии

Примечания

  1. Сухбаатар Д. Возрождение буддизма в Монголии ― достижения и ошибки
  2. Предвапрительные результаты переписи населения 2010 года  (монг.)
  3. 1 2 3 J. Gordon Melton, Martin Baumann. Religions of the World: A Comprehensive Encyclopedia of Beliefs and Practices. — Second Edition.

     — Santa Barbara, California; Denver, Colorado; Oxford, England: ABC-CLIO, 2010. — С. 1937. — ISBN 978-1-59884-203-6.

  4. Global Christianity (англ.). The Pew Forum on Religion & Public Life (19 December 2011). Проверено 13 мая 2013. Архивировано из первоисточника 23 мая 2013. (2010 год)
  5. J.

    Gordon Melton, Martin Baumann. Religions of the World: A Comprehensive Encyclopedia of Beliefs and Practices. — Oxford, England: ABC CLIO, 2002. — С. 880. — ISBN 1-57607-223-1.

  6. David M. Cheney. Prefecture Apostolic of Ulaanbaatar (англ.). www.catholic-hierarchy.org (3 December 2011). Проверено 23 октября 2013.

какая религия в монголии, религия в монголии

Религия в Монголии Информацию О

Религия в Монголии

Религия в Монголии
Религия в Монголии Вы просматриваете субъект
Религия в Монголии что, Религия в Монголии кто, Религия в Монголии описание

There are excerpts from wikipedia on .postlight.com”>

Источник: https://www.turkaramamotoru.com/ru/-7677.html

Ссылка на основную публикацию